Суд над Васькой и освобождение из под стражи

Показательны нравы простых сибиряков и их отношения между собой, а также интересно решение суда, даже несмотря на очевидность причастности и свидетельские показания служивых поимщиков, суд счел доказательную базу недостаточной для привлечения Беды и Васьки к административному или уголовному наказанию.

В Сибири сто с лишним лет назад не существовало четкого межевания земельных наделов в тайге, точно также, если вы селились в глуши на хуторе, ваши земельные участки нигде не фиксировались, как собственность, но ваше право пользоваться ею не оспаривалось ни частными лицами, ни государственными службами. Незаконным считалась только незарегистрированная добыча золота и драгоценных камней. Поэтому в суде Беде и Ваське для успешного решения в свою пользу требовалось лишь доказать то, что они не добывали золото в своей экспедиции.

Они долго беседовали на эту тему, рассуждая о том, кто мог быть этот враг, погубивший их дело, но к истине все же не подошли. Выдал их Самсону один крестьянин из мастеровых, по прозвищу Кошка. Это был темный вор, конокрад, обманщик, пользующийся дурной репутацией даже между самыми отчаянными ворами; ходили даже слухи о том, что на душе у Кошки, лежит не одно убийство.

Зависть ли к Беде, или что другое, но только он не любил его и старался вредить ему, где и чем мог. Когда Васька-рыжий проболтался в кабаке, что поедет с Бедой на ключ Перфила, Кошка был тут же и стал следить за Васькой. Дня через два, узнав, что ни его, ни Беды нет дома, Кошка оседлал коня, взял винтовку и сказал дома, что поедет в чернь, на рябчиков.

Ему посчастливилось узнать от встречного крестьянина, что этот последний встретил партию Некраса, повернувшую к ключу Перфила. Пробыв в черни весь этот день, Кошка ночью вернулся в рудник, поднял с постели объездчика и объяснил ему, в чем дело. Сборы продолжались не более получаса времени, и поимщики попали в чернь как раз вовремя, то есть, тогда, когда их менее всего там ждали.

Ваську-рыжего отдали в руки правосудия, как одного из «хищников». Но он усердно клялся в своей невинности, горько жаловался на поимщиков, будто бы избивших его и отнявших у него рябчиков, и не раз повторял, что «лопни его глаза» и «тресни утроба», если он видел хоть крупинку золота; что Дмитрия Беду он в глаза не видел и что вообще он безвинно потерял своих рябчиков, плод трудов целой ночи, и просит выдать ему денег за убытки.

Привлеченный к допросу Беда показал, что в это время он ездил в чернь с двумя товарищами рыбачить и охотиться за рябчиками; товарищи подтвердили его показание. И, несмотря на уверения Самсона с товарищами, что Васька и Беда были в числе «хищников», и тот и другой были отпущены с нотацией «впредь не попадаться».